| Еще о Сэлинжере - трудности перевода |
[Sep. 30th, 2009|11:38 am] |
Этические вопросы - переводить заново или нет, конечно, непростые, но и сам перевод Сэлинджеровых текстов - та еще задача. Несмотря на стереотип о скандальной вещи "Над пропастью во ржи" (скандальной в том числе и для переводчиков, она ведь мозгодробительная), сборник рассказов Nine Stories не менее навороченный.
Я преклоняюсь перед автором за рассказ A Perfect Day for Banana Fish (когда мне в свое время объяснили, как это надо читать, я примирилась с анализом дискурса раз и навсегда). Молодая пара Симур Гласс и Мюриэл отдыхают на море. Пока жена торчит в номере (красит ногти и трепется с мамашей о том, что ее муж - псих, но пока вроде ведет себя нормально), Симур лежит на пляже и болтает с трехлетней девочкой Сибилл. В частности, рассказывает ей сказку о banana fish, которые объедаются бананами до такой степени, что погибают. Поболтав, поднимается в номер и пускает себе пулю с лоб. Вот и весь сюжет.
Ключевой момент рассказа - диалог Симура с ребенком. Вот он (с сокращениями):
"Hey. Hello, Sybil." "Are you going in the water?" "I was waiting for you," said the young man. "What's new?" "My daddy's coming tomorrow on a nairiplane," Sybil said, kicking sand. "Where's the lady?" "The lady? That's hard to say, Sybil. ...Ask me something else," he said. "That's a fine bathing suit you have on. If there's one thing I like, it's a blue bathing suit." "This is a yellow," she said. "This is a yellow." "It is? Come a little closer." Sybil took a step forward. "You're absolutely right. What a fool I am." "Are you going in the water?" Sybil said. "I'm seriously considering it. I'm giving it plenty of thought, Sybil, you'll be glad to know." Sybil prodded the rubber float that the young man sometimes used as a head-rest. "It needs air," she said. "You're right. It needs more air than I'm willing to admit." He took away his fists and let his chin rest on the sand. "Let's go in the water," she said. "All right," said the young man. "I think I can work it in."
О чем треп? Плавать пойдешь? - Нет, тебя жду. - Где жена? - Фиг ее знает. Какой красивый синий купальник! - Он же желтый! - Правда? Ну-ка дай посмотрю поближе? И правда, желтый... Вот я идиот. - у так что, купаться пойдешь? - Я всерьез рассматриваю такой вариант. - Надо надуть матрас. - Да, надо накачать воздух... Я даже представить себе не могу, как надо. - Пойдем в воду! - Хорошо, думаю, у меня получится. Бред?
На самом деле, диалог двухуровневый. На поверхности - бессмыленная болтовня с ребенком, он ее поддразнивает и т.д. Но на самом-то деле Симур разговаривает сам с собой и истолковывает реплики девочки, как ответы - весьма логичные - на свои сомнения. Застрелиться или нет? Во-первых, "пойти в воду" to go in the water - это перефраз выражения to take the plunge, т.е решиться на важный шаг. Сибил постоянно спрашивает его, готов ли он сделать что-то важное - свести счеты с жизнью. Во-вторых, цвет купальника. Yellow - это не только желтый, это трусость (you yellow-bellied coward!). Сибил говорит, что самоубийство - это трусость, и Симур соглашается с ней (или наоборот, он трус, что так долго не может решиться - тут уж кто что видит), какой же я дурак, что сам не вижу... Матрас и воздух - прозрачно. Воздух нужен ему, хотя самому себе он не признается. В третьих, последняя фраза. Ну так что, ты принял решение? - Да. Мне хватит сил. Еще один нюанс диалога Симура с Сибил (отрывок из статьи):
В этом разговоре напряжение нагнетается за счет неадекватных реплик Симора - он держится с ребенком дружески, шутит, подстраивается под настроение маленькой собеседницы, но часто героя как будто относит каким-то течением, и фразы его звучат странно и неуместно. Все усилия переводчика направлены на преодоление этой странности. Симор в переводе постоянно употребляет уменьшительно-ласкательные суффиксы: "купальничек", "шапочка", "Сибиллочка". У Сэлинджера герой спрашивает девочку, где она живет. "В Уирли-Вуд, Коннектикут", - говорит она. "А это случайно не в Уирли-Вуд, Коннектикут?" - переспрашивает Симор, в точности повторяя сказанное Сибил. ("Whirly Wood, Connecticut", said the young man. "Is it anywhere near Whirly Wood, Connecticut, by any chance?") У Риты Райт для переспрашивания есть причина: ребенок шепелявит. (- Шошновый лес, Коннетикат, - повторил ее спутник. - А это случайно не около Соснового леса, в Коннектикуте?).
Ты не представляешь, как это все проясняет, говорит Симор ("You have no idea how clear that makes everything"). "До чего ты все хорошо объяснила, просто прелесть", - переводит Р. Райт-Ковалева.
Симор цитирует Элиота: "Ah, Sharon Lipschutz. How this name comes up. Mixing memory and desire". В переводе цитата пропадает: "Ах, Шэрон Липшюц! Как это ты все время про нее вспоминаешь? Мечты и сны..." Каждая странная реплика хоть немного, да упрощается. В результате пропадает напряжение, нарастание разрыва с реальностью, а с ними и внутренняя неизбежность финального выстрела.
Есть, конечно, и чисто технические вещи типа игры слов. Вот, например, кусок из Down at the Dinghy (объяснение из вчерашней статьи):
"Sandra told Mrs. Smell that Daddy's a big sloppy kike." "Do you know what a kike is, baby?" "It's one of those things that go up in the air," he said. "With string you hold."
Здесь ребенок путает слово "kike" - "жид" и "kite" - воздушный змей. В переводе Норы Галь найдено остроумное решение, но змей пропадает:
- Сандра сказала миссис Снелл, что наш папа - большой грязный июда. - А ты знаешь, что такое "иуда", малыш? - Чуда-юда... Это в сказке... такая рыба-кит...
Немцов ухитряется сохранить змея, и делает это очень естественно:
- Сандра сказала миссис Снелл, что папа - большой пархатый неряха. - Ты знаешь, что такое "пархатый", детеныш? - Это когда в воздухе летает, - сказал Лайонел. - Как змей, когда за веревочку держишь. Слово "пархатый" не только дает возможность выстроить убедительную детскую этимологию (от слова "порхать"), но и принадлежит словарю бытового антисемитизма - в отличие от слова "иуда", которое в нарицательном русском употреблении значит не "еврей", а "предатель".
|
|
|